Господин рынок
Дело тут у нас к выборам, а стало быть активируются большие любители свободного рынка. Рынок типа может все, а всякие социалисты пусть заткнутся. Если эти любители рынка еще начитались Айн Рэнд – то все, туши свет.
К слову. Я люблю Айн Рэнд. Она очень талантливая тетка. А Мы Живые – так и вообще единственная честная литература о ранних СССРах. Ну, потому что те, кто был в эмиграции, вроде Бунина, зарисовать с натуры уже не мог. А если кто был в СССРах, зарисовать с натуры тоже не могли – им жизнь была дороже. Так что писали разве что эзоповым языком – вроде Михаил Афанасьича – а нам все рассшифровывать. А вот Айн Рэнд посмотрела, сдрапала, написала. И читать про то, как чекисты закорешились с нэпманами – ну это просто такая радость. Это такое родное.
Ну, и будучи насмерть стукнутой идеей социализма, Айн Рэнд потом всю жизнь пиарила его величество РЫНОК – и ей простительно. А вот то, что ее накололи себе на знамя люди умные, образованные и циничные – вот это мне уже нравится гораздо меньше.
Что вообще может регулиовать свободный рынок и чего он не может. И почему без него плохо.
Почему без свободного рынка плохо – это знает каждый гражданин выросший в СССРах. Без свободного рынка. Чего не было в СССРах. Краткий список но очень неполный составлен в романе Аксенова Остров Крым – герой собирается в Москву, и ему надо купить то, чего в Москве нет – а нет там примерно всего. Я не помню аксеновского списка, но я помню СССРы. Чего там не было? Удобной обуви и одежды. Не страшных на вид трусов. Того, что тебе надо прям щас в хозяйстве: ковшика, сковородки, кипятильника, кострюли. Нет, иногда это все появлялось. Но так, эпизодически. Поэтому встретив что-то в принципе полезное в хозяйстве, это следовало хватать: сейчас не надо – а потом понадобится – и не будет. Шампуней, полезных для волос. Про туалетную бумагу, бумажные полотенца, салфеки и женские прокладки я не буду даже начинать. Вата – не всегда и не в каждой аптеке. Помоги боже женщине, не подготовившейся заранее к критическим дням. Десткое питание – эпизодически, в ограниченном ассортименте. Впрочем, в ограниченном ассортименте было примерно все. Строительные материалы, бытовая техника, инструмент – все это составляло предметы охоты. Деликатесы к праздникам, фрукты не в сезон – опять же отдельный предмет охоты.
Я не хочу сказать, что так жить нельзя. Можно, конечно. Мы же жили. Но каждый человек, выросший в совке ( в том числе и я) прекрасно знает, что свободный рынок – это жутко важно и нужно.
Но. За этим всем как-то забывается, что есть вещи, которые рынок контролировать абсолютно не может.
Рынок вполне неплохо регулирует то, что потребитель может оценить на месте. Допустим, качество трусов. Но есть однако вещи, которые потребитель оценить не может. Ни на месте ни вообще.
Можете ли вы оценить качество медицины? С вами поговорил добрый доктор и вам полегчало? Эта таблетка сняла боль? Ну ладно. Побочка, долгострочные действия – ну чего я вам буду объяснять. Вы же умные люди.
Можете ли вы оценить качество высшего образования? Сын студент говорит, что этот профессор классный?
Можете ли вы оценить качество строительства? Вы въехали в дом, а он так сразу не развалился? Это, конечно, обнадеживает.
Ну, и хватит, наверное – есть еще качество дорог, экология, технологии и даже наука. И ничего из этого давно уже не регулирутся свободным рынком – и не может.
К слову, Айн Рэнд как раз паталась нас убедить, что может. Главный герой романа Атлант Расправил плечи – это физик изобретатель. Он изобрел новый вид энергии и на его основе сделал новый мотор. Который произвел революцию в технологии. Этот герой хорош всем. Но у него есть одна только пробема: его не бывает. За всю историю человечества не было ни одного ученого, который бы сделал фундаментальное открытие, а потом на его основе еще и создал новую технологию. Это всегда разные люди. Изредка попадаются люди, которые могут открыть что-то фундаментальное, и изредка попадаются люди, которые могут сделать из этого новые технологии. Эти два множества вообще никогда не пересекаются – у них по разному устроены мозги. Поэтому никакая фундаментальная наука никогда не регулируется свободным рынком. И не будет. Никогда. Как и многое другое.
Поэтому, рынок-рынок-рынок, и никаких чтоб налогов – это... ну, такое...