Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Харасмент так харасмент

Мне в общем-то пофиг, кто там будет губернатором Нью Йорка. От Куомо все были в восторге в начале пандемии, но потом оказалось, что восторг был несколько преждевременным. Ну и тут, как это у нас водится, вылезло одиннадцать женщин.
Но мне другое интересно. Collapse )

Велик

В Мичигане повсюду дорожки и тропки для великов, так что весной есть чем заняться. Собственно, это все что тут есть – озера, лодки и много велосипедных тропок. Ну и ладушки – есть места, где и этого нету.
Так что я тут раскатываю под весенним солнышком и отрабатываю оптимальные способы взвимодействия с пешеходами.
Я когда сама пешеход, так у меня отношение к великам такое – объедешь, не трамвай. Вот чего ты мне вопишь в ухо «справа!» или «слева!». Ну справа и справа. У тебя, слава богу, есть руль и тормоз.
Ну, а когда я сама на велике, то я тоже аккуратненько так пешеходов объезжаю, даже когда тропинка неширокая. Я ж тоже не трамвай. А народ от этого почему-то пугается. Я вот уже проехала мимо, а пешеход вдруг подпрыгивает, как подстреленный и начинает метаться вправо-влево уже у меня за спиной. А чего метаться, когда от велосипедиста осталась одна попа – впереди, над задним колесом. Ну, я огорчаюсь и кричу через плечо, что сорри.
Я тогда попробовала предупреждать, как другие велосипедисты, что типа объезжаю, «слева», говорю. Ну, и тогда народ начинает метаться прямо у меня перед передним колесом. Вправо-влево-вправо-влево. Я, конечно, ни в кого не въезжаю, я ж и вправду не трамвай. Но как-то мне жаль нарушать гармонию. Вот идет такой пешеход счастливый по тропинке, радуется солнышку, тупит на ходу в айфон. А тут я со своим транспортом врываюсь в его идилию, прям как слон со свиным рылом – да в калашный ряд из посудной лавки.
В общем, как должен вести себя вежливый и предупредительный велосипедист, наделенный чувством гармонии? Шуметь пешеходу, что у него сейчас велик будет слева? Или лучше объезжать тихо?

Эксплуатация детского труда

У нас рядом с домом магаз, в котором продают и чинят велики. Раньше, когда мы туда заходили, Браен говорил мечтательно: «Вот в 15 лет я пойду сюда работать». Ну, потому что там пацаны на сервисе и на кассе подрабатывают, и берут с их с 15. И вот ему в декабре стукнуло 15, но о работе больше ни слова. А потому что старший брат надарил к праздникам баксов, видимо помня свою тяжелую юность.
Collapse )

У ребенка завтра день рождения

Собственно, это никакой не ребенок а здоровый уже лось – 31. Как всегда, мне хочется подарить ему красивый свитер. Как всегда, он вежливо восхитится всеми моими шерстяными красивыми идеями с олешками и снежинками и попросит потратить эти денежки вместо свитера на какую-нибудь более интересную и нужную ему хрень. Что я и сделаю. Это ж не мой день рождения. Но свитер я все-таки повыбираю. Потому что это кайф.
Старшему ребенку мне всегда хотелось че-нить покупать. Еще даже до того, как он родился я ходила и представляла, как буду покупать маленькие ботинки. Такие еще с помпончиками. Ага, разбежалась. На дворе стоял 89 год. Ботинки изчезли в первых рядах. Прям я как чувствовала. Впрочем, к тому времени, как нам понадобились ботинки, все прочее тоже изчезло. И ползунки, и штаны, и брюки и свитера, и куртки... и.. и... Ну и. Свитера вязала бабушка, она же сшила комбинезон. Ботинки спускались от детей подруг, оттуда же шли штанишки, погремушки и все другое нужное.
Первую пару новой обуви я купила уже трехлетнему. Сандалики. Зеленые. Саламандру. В Германии, на первой заграничной конференции, на деньги щедро выданные немцами коллегам-нищебродам. Сандалики были замшевые и какие-то очень радостные, они помещались на пол-ладони.
А теперь покупать неинтересно. Я говорю мелким, вы куда хотите за одежкой, в Penny или в Old Navy? Не, в Gap я не поеду – ближний закрылся, а другой далеко. Ну, и мы едем, и чего-то они там себе выбирают, и мы набираем полные пакеты и развешиваем. Ну а потом все-таки все оказывается скомканным на полу. И откуда только это все берется.

Политическая жизнь страны

Он прижал меня к стене плечом. Потом грубо поцеловал. Я была в шоке и засмеялась. Одной рукой он вытащил свой пенис, а другой стянул мои колготки и добрался до моей интимной области. Он вставил свой пенис до половины. А может целиком, я точно не помню. Я отчаянно сопротивлялась.
Collapse )

Прощаемся с Островом

Бывают, похоже, дисфункциональные культуры – ну как и люди. Возвращаясь каждый раз на свой Остров из Америки я все не могу надивиться, как все неудобно, бестолково, неэффективно... как до боли знакомо, как безнадежно похоже на Советский Союз, уменьшенный до лилипутских размеров, теплый, улыбающийся и неспешный, как замедленное кино.
Я выхожу из аэропорта, тут должна быть стоянка такси, она тут всегда. Ага, сегодня ее тут нет. Ее передвинули, причем куда-то, откуда люди не выходят. Иду в ту сторону, где она могла бы найтись. По дороге милый латино с аэропортовским АйДи интересуется, чего я это ищу и кивает мне на такси туда, откуда я пришла – айа! Мы смотрим друг на друга, потом в ту сторону, куда он меня пытается послать. Такси там нет и быть не может. Потом опять друг на друга, с пониманием и почти что улыбками. Теперь он показывает в ту сторону куда я иду – и там тоже. Там есть, и его уже даже видно. Мы улыбаемся друг другу и расходимся довольные. Дорогу тут спрашивать нельзя. Т.е. можно, но только ради общения. Обязательно куда-нибудь пошлют.
Вообще ничего спрашивать нельзя, потому что все -проблема. Этот заказ еще не оплатили, нет – мы над ним работаем. Когда? – ну мы над этим работаем. Когда? –не беспокойтесь, все будет в порядке. Нет проблем, не беспокойтесь, мы вам позвоним. Да, мы все понимаем, это важно, бумаги уже у Мигдалии на столе. Аааа... ее сегодня нет. Она вам позвонит. Не беспокойтесь, no te preocupe. Ладно, мы беспокоится больше не будем, нам на выход.
На американском материке у меня меняется в зеркале морда лица – с нее смывает настороженность. Люди не врут. Если они говорят, что позвонят завтра, они звонят завтра. Если они не могут чего-то сделать, они вот так прямо и говорят. А когда включают зеленый свет, они едут. Вот так вот сразу, не раздумывая, не разворачиваясь через двойную сплошную линию, не пытаясь повернуть влево из правого ряда, они просто едут, соблюдая правила и без всяких сюрпризов.
За шесть лет жизни на острове я проэволюционировала в почти Шерлока Холмса: мне надо бесперебойно соображать, чего тут человеку в жизни не хватает, как и чем его заинтересовать, чтобы он все ж занялся тем, что мне от него надо. Т.е. тем, что он собственно должен делать и так. Это, впрочем касается только дел рабочих – на все остальное я просто положила. Джонни, от того, что вы помоете крышу, она течь не перестанет. А вот рабочий день как раз кончится, пока вы ее будете мыть. Нет Джонни, мы ничего не пролили, крыша течет, Джонни. Ну давайте мы все подумаем вместе, вот отчего крыша может течь?
Все ребята, мне на выход, крыша будет течь. И сортир протечет. И с генераторов на крыше провода скоммуниздят – цветной же металл. А кондишники и так уже кашляют – пришлось переносных по комнатам понаставить, чтоб бедные дрозофилы от жары не загнулись. Все, я не знаю, как сделать, чтобы Мигдалия оплатила счет и чтобы Джонни законопатил крышу и починил сортир.