Category: праздники

Category was added automatically. Read all entries about "праздники".

На работу как на праздник

Это теперь событие – я иду на работу! Это прям выход в свет!
А что одеть? Новые джинсы с лампасами? – ну как новые – куплены незадолго до начала ковида. Это точка отсчета такая – до ковида. Или после ковида. Лампасы чот слишком жизнерадостные для работы... ну, а куда еще-то я их одену. И вот эту вот почти новую рубашку в обтяжечку... ах, блин, к ней же бюстгалтер нужен. Но это так неудобно! Нафиг, попросторнее что-нибудь. Босоножки новые! Только в старых сандалиях как-то сильно приятнее. О, масло ароматическое – жасмин или грейпрут? Или уж прям шанель – чего она тут целый год стоит как предмет обстановки. Ну да ладно, стоит себе и стоит, бутылочка-то красивая.
В общем, волнительно. И весьма нечасто. И чаще не тянет. Я тут типа как Робинзон Крузо. С парочкой неотмытых Пятниц.

Нас открыли от слова вообще

По поводу летнего сонцестояния, надо думать. Ходи куда хош, улыбайся во всю морду лица, ничем ее стыдливо не прикрывая, собирайся группой и толпой, и вроде бы даже разрешено целоваться. Зарегиться мне что ли на СЗ, раз уж у нас тут такой праздник?

Маски долой!

Джо и Камала вышли в люди с голыми физиями. Неприлично даже как-то – после столь продолжительного маскарада. Сказали – вакцинированным можно! Ты слышишь?! – сказали респы нашей губернатрисе – вакцинированным можно! Ладно, сказала губернатриса, как партия, так и я. И не вздумай спрашивать удостоверение о вакцинации! – сказали респы – это личное дело граждан! В общем, играем в джентльменское очко. Пришла сегодня в магазин с голой мордой – и ничего.

Предрождественские настроения

Прихожу вот сегодня на работу, прям накануне Рождества, а у меня там полная лавочка народа. Испортила я пуэрториканцев. Университет давно уже закрылся на праздники и будет в этом закрытом состоянии пребывать до самого дня Трех Волхвов – есть оказывается такой день. Так что, до середины января никто в кампусе не появится, и даже кондиционер отключили в целях экономии. Ну, в декабре это пережить можно, хотя тут, конечно, и в декабре очень даже не холодно. А наша лавочка в отдельном домике, и не скажешь даже, что Рождество - полна горница людей. Ну постоянный народ – это у нас, конечно, лига наций – двое россиян, включая меня, немец, чилиец и болгарка. А вот аспиранты-студенты – все чистейшие латины, местные. Вот уж больше года, как я все толкаю зажигательные речи, что мол работать-то надо. Мы, - говорю, - мы, пуэрториканцы, должны успешно добывать федеральные деньги. Хотим мы получать наши стипендии? – народ хором: Хотим! Так вот у них, несознательных федералов, и праздников-то настоящих нету. У нас, пуэрториканцев, тут в нашем Пуэрто Рико, мы что празнуем? От прерождественской недели до Трех Волхвов, это месяц, так? Ну, потом, конечно, все праздники презренных федералов мы уж тоже так и быть отметим, ладно. И день Президента, и Мартин Лютер Кинга, и что там у них еще зимой? Они и праздновать-то не умеют, и выходные-то не всюду устраивают, но мы, пуэрториканцы, знаем точно, что чей-то день – это выходной. У нас и на каждого конкистадора, который к нам тут на остров заглянул, есть по выходному, и Пасхальная неделя, конечно же – правильно, полторы. В мае – неделя – уже и не помню почему, первое мая тут ведь, вроде, не отмечают? А, ну да, Де Диего. Или Понсе де Леон? Ну, в июле вообще тут жарко работать, и естественно надо все позакрывать. Мало ли, что кондиционеры. Ну да, мы тут, конечно не сахар на плантации убираем, а вроде как наукой пытаемся заниматься в прохладном помещении, но это не суть. Ну, осенью естественно, опять федеральные праздники, День Труда, что там еще в октябре, опять же парочка гишпанских конкистадоров. А уж на День Благодарения надо, конечно же, целую неделю проотдыхать, а то чего мелочиться. И совсем уж ничего до Рождества осталось. Ну, и как же мы теперь заберем у презренных федералов их научные деньги? Мы, конечно, все умные, это-то понятно. Только, боюсь, они там в своих Гарвардах тоже ведь не идиоты… Похоже, работать надо? Ну что, no pasaran? Patria o muerte venceramos! И вот пожалте, половина аспирантов прям накануне Рождества вышла на работу. И даже некоторые пригрозили 27го опять придти. Что ж это будет теперь с нашим Островом?

Опыт борьбы с рассизмом

Распаковываю я рождественские покупки, а муж и спрашивает: «А чего это у тебя Санта черный?» Как черный? Где черный Санта? Ой а вообще-то да...  Дед Мороз-то мой пожалуй и... Там в Волмарте два вида Деда Морозов продавали. У одного морда совсем белая, а нос красный, и глаза водянистые – ну ни дать ни взять пенсионер-алкоголик. Ну куда я такого детям понесу? А у второго вида Дед Морозов был вполне такой здоровый цвет лица, смуглые такие черноглазые Деды Морозы, вот такого и прихватила. А теперь смотрю я на своего Санта Клауса, и да, явно просматривается легкая негроидность. И губы да, и скулы... Ну не то что бы совсем негр, а типа квартеронец – ну вроде как Пушкин. Вот я не думала, что у Дед Морозов есть рассовая принадоежность. Их там в Африке в морозильниках, что ли выращивают. Ну ладно, Дед Мороз себе и Дед Мороз, пусть будет квартеронец.
Collapse )         

Как меня в первый раз американская полиция проверяла на алкоголь

За неделю до рождества университет устроил нам щедрое party с осетриной и с танцами. Возвращаемся мы усталые но довольные, и забрасываю я по дороге своих безлошадных друзей на съемную квартиру. Точнее так: своего любимого человека, недавно приехавшую подругу аспирантских времен, и ее полуженатого приятеля.  Городок университетский, студенты все экзамены поздавали и собираются домой, друг с другом прощаются. Так что на улицах совсем не пусто, хоть и третий час утра. Ну и у полиции самое рабочее время, и вижу я в зеркальце синюю мигалку. А спать хочется, плясали-общались с семи вечера и до после полуночи, и насколько это все некстати можно наверное не объяснять. Сидим ждем дисциплинировано, из машины не высовываемся – не положено. Подходит коп, права, документ на машину. «Пили», говорит. Ну, а с чего бы нам и не пить в субботу, за неделю до рождества. Т.е. с чего бы нам быть на дороге в субботу в 3 утра, если мы не пили? «Я», отвечаю тактично,  «пила в пределах нормы».  И самое смешное, что это чистая правда. Американская норма такая, что мне ее сильно не перебрать.  Американская норма – это когда выпиваешь не больше пары бокалов вина в час и при этом хорошо закусываешь. Ну куда больше-то, если честно. Надо ж еще было и танцевать, и с народом общаться, это ж коллеги, а на закуску, опять же, осетринка. «Ну, вы согласны тест на дыхание сделать?» «А что в случае несогласия?» - спрашиваю. «А вы узнаете, если не согласитесь» Не стала я дальше любопытствовать, и правильно – потом прочитала, что меня тут же могли в каталажку увезти за несогласие. Ну, дышу. Коп разочарован страшно – ничего приборчик не показал. Не работает, говорит, прибор. «Вылезайте из машины, будем дальше проверять. Есть у вас медицинские противопоказания?» Это как, спрашиваю.  «Ну, здоровье у вас в порядке?». Да вроде, говорю. «Ну, стойте на одной ноге, другую вытяните вперед, и считайте от 1000 до 1030». Декабрь. Асфальт ледком покрыт. Я без куртки, при полном параде, платье полупрозрачное с металлом. Каблуков не ношу, туфли из мягкой кожи, обтягивают стопу. Стою на скользком тротуаре на правой ноге, левая вытянута. Студенты пробегают мимо, оглядываются – бесплатный цирк. Спутники в машине прижали уши. В районе 1005 представляю себя со стороны и начинаю ржать. Вы умеете стоять на одной ноге на льду в легких кожаных туфельках, смеяться и считать от 1005 и далее? У меня вот не вышло. «Все», говорит коп, «машину вести не можете, паркуйтесь тут, заберете завтра».  «А домой?» - «Берите такси». Ну прямо. Все таксисты давно уж спят - тут ведь не Нью Йорк. А назавтра за машиной тащиться – зачем мне этот геморрой. «Денег», говорю, «на такси нету». «А gentleman что?», коп спрашивает. «Или, может, он довезет вас, если не пьян?». «Gentleman пьян», отвечаю, «машину он не водит, и денег у него нет». И вдруг слышу свои слова, и понимаю, что они есть чистая правда. И мой единственный и лучезарный, последовавший за мной через океан на край света ради нашей великой любви, скатывается с моих небес до уровня козла и нищеброда, с которым я сплю непонятно почему. К слову, на этом уровне он и пребывал до Нового года, а потом покатился дальше. А полицейский сперва слегка растерялся, а потом велел нам парковалься на обочине и вылезать, и довез нас всех на квартиру, где ребята жили, благо недалеко. Попили чайку, вернулись пешком к машине, и домой я доехала, когда еще не рассвело. Потом останавливали меня так еще пару раз, и последний коп мне заметил, что машина моя идет не слишком параллельно обочине и еле-еле вписывается в полосу. И тогда я поняла, что у машины есть руль.